Александр Васильевич Суворов

«Потомство мое, прошу брать мой пример!..»

Леонтий Раковский

Книги → Генералиссимус Суворов → VI

После холодной воды приятно пощипывало тело. Веки закрывались сами. Устал за день. Хотелось спать. В голове - все то, что назойливо лезло целый день:

"Мне бы сорокатысячную армию и кроатов Лаудона! Плевал бы я на всех Даунов! Сегодня же - на Берлин! Хоть там впереди король, хоть черт, хоть дьявол!… Царь Петр ведь говаривал: "Во всех действиях упреждать". Конечно же - упреждать, а не стоять так в нерешительности, как Салтыков!"

Суворов улыбнулся. "Ретирада" - подлое слово! И еще - обоз.

Перед глазами одна за другой замелькали тысячи повозок, палуб, телег…

– Александр Васильич,- тихо позвал Степка: ему было жалко будить барина в этакую рань.

Суворов всегда спал очень чутко. Проснулся, отбросил простыню.

– Ась?

– Казак с донесением. От Туроверова.

Суворов вскочил и, как лежал голый, так и выбежал из палатки.

Лагерь спал. Откуда-то снизу, из Кунерсдорфа, доносился одинокий крик каким-то чудом уцелевшего петуха. Долина за Большим Шпицем, озера - все в белом тумане.

У палатки - бородатый казак.

– Какие новости, дядя? - спросил Суворов.

– Пруссак переправился через Одру,ваше благородие.

– Где?

– У Горитца.

– Все? И артиллерия?

– Конница перешла вброд, а пехота и пушки по мостам понтонным.

– Так, так. Спасибо. Обожди, борода!

Суворов юркнул назад в палатку.

Степка хотел помочь барину одеться, но, как всегда спросонок, был дурак дураком: тыкался во все и только мешал. Барин за сапог - и Степка тогда за сапог. Степка хочет подать кафтан - глядь, а он уж в руках у барина.

Суворов вскочил, напяливая на ходу кафтан. Побежал.

У палатки главнокомандующего стояло двое часовых.

Один сладко спал, опершись о фузею, другой крепился.

– Кто идет? - заорал он больше для того, чтобы разбудить спящего товарища.

Затем, как будто сейчас опознав подполковника, отвел фузею в сторону.

В передней части большой палатки спал денщик. Суворов тронул его за плечо, но в это время ковер, заменявший дверь, откинулся, и Суворов увидал главнокомандующего. В стареньком шлафроке Салтыков казался еще меньше, чем был на самом деле. Граф почесывался и зевал.

– Что случилось? - спросил он.

– Казак с донесением от Туроверова, ваше сиятельство.

– Снова перебежчик, или захватили пленных?

– Нет. Король переправился через Одер у Горитца со всей армией.

– Так и знал, - махнул рукой Салтыков. - А они давеча: отступать к Кроссену. Дураки! Мишка! - крикнул он денщику. - Буди адъютантов!

Салтыков вышел из палатки.

← предущий раздел следующий раздел →

Севастополь объединил воспитанников трёх военных училищ

23.12.2015
Под крышей Севастопольского президентского кадетского училища собрались воспитанники трёх военных учреждений России. Более 350 человек приехало для обмена опытом, оздоровления и отдыха в стенах лучшего кадетского училища полуострова.

Любовь и бунт в Елабужском музее

18.12.2015
Масштабная экспозиция в историко-архитектурном музее г. Елабуга, посвящённая пушкинскому наследию, пугачёвскому восстанию и образованию Оренбургской губернии, определённо заслуживает внимания. 150 уникальных экспонатов объединены в трёх крупных разделах. В экспозиции представлены элементы интерьера казачьего быта, национальные костюмы, праздничная и свадебная атрибутика XIX в.

Старинный дар молодому музею

15.12.2015
Историко-краеведческий музей ковровского района не может похвастаться долгой биографией. Образованный только в 2000 году, он ещё не сумел стать значимым памятником культуры и хранителем наследия великих ценностей. Однако первый серьёзный вклад в фонд музея внёс бывший житель ковровского района, ныне – столичный коллекционер, предоставивший в ведение музея богатую коллекцию предметов старины, в том числе ценной графики и элементов мебели.